Когда у невестки Адели и ее сына погреб забрали, они не очень и сокрушались. Нет, поборолись, конечно, но настаивать не стали: там ведь много еще сотрудников жило, и дети у некоторых - тоже, между прочим, сотрудники. С ними связываться - себе дороже. Закрутки Аделины родственники, конечно, все забрали, а там и огурцы и капуста, грибочки маринованные, тушенка домашняя - чего ж не взять.
Квартира двухкомнатная, комнаты изолированные, кухня приличная, стол, шкафы и подвесные, и стоячие. Так-то все чистенькое, но - старомодное. Посудомойки нет, плита старая. Даже никакой микроволновки, Москва называется! У всех приличных людей есть. Мать хотела в гостиной поселиться: она и больше, и с телевизором. И ковер гэдээровский с осенними листьями. Но сын ее в спальню определил. А с сыном лучше не связываться.
Фото Адели и Аделиного мужа сразу выбросили: сыну они вообще - чужие люди, да и невестке Аделиной тем более. А у Адели на стенке, на приступочке такой, много фото в рамочках стояло. В эту стенку и телевизор был встроен - специально мебель меняли, чтобы большой влез. А еще стояли там статуэтки - из ГДР: дама такая в бальном платье со шлейфом, две борзые бегущие, девочка с собачкой - фарфоровые - Аделя это все любила. Как в музее - говорила. А, еще была девушка на коньках - ножку одну вверх задрала - красиво очень. Сама в голубеньком, шапочка белая. Невестке Адели этот фарфор нравился, а сын в гостиной поселился и все выкинул. Старье, сказал. Кому надо. Невестка даже поплакала.
А потом она заболела. Слегла прям. С головой еще плохо стало, из дома выйдет и заблудится. Ходи ее ищи. Пришлось сиделку нанимать. Такая приличная женщина, готовила хорошо. Откуда-то из провинции, приезжая. С проживанием - и платить немного. Сын на ней и женился потом - а что: сам-то уже немолодой, лысый, а она и постирает, и обед всегда на столе. Он-то толком и не работал нигде, так, от случая к случаю. Они, правда, квартиру свою, которую еще Аделин брат получал, там, на Севере, приватизировали и сдавали, так что деньги были. А мать померла, а она быстро как-то, не зажилась… сын и женился - привык уже к сиделке-то. Он бы и не стал расписываться, так она настояла. Иначе уйду, сказала, а кому ты нужен. Сын подумал и согласился.
В общем, квартира сиделке досталась - она же законная жена как-никак. А муж ее, ну племянник Адели, помер. То ли грибочки просроченные оказались, то ли тушенка, поди разбери, Аделя же год на банках не ставила. Московская квартира у метро в зеленом районе - неужели плохо. Правда, без погреба.
