В метро. Про Петю

http://1ul.ru/

Захожу в вагон, становлюсь, как обычно, у дверей, остальные все сидят. Народу мало, разглядываю от нечего делать. Парень - симпатичный, лет 30-ти, женщина средне-пенсионного возраста, две девчонки, болтающие взахлеб и перекрикивающие шум поезда. Едем. «Осторожно, двери зарываются, следующая станция - Новокузнецкая». Парень встает и становится около меня. Начинает заматывать шарф. Потом заправляет его под куртку, застегивает молнию на ней, потом - кнопки. Затягивает две боковые резинки внизу. (Чтоб не поддувало - думаю я). Достает шапку, такую облегченную ушанку, нахлобучивает, тщательно расправляет уши, завязывает их на бантик. (Матерь божья, думаю я). Выуживает из кармана перчатки, такие замшевые, на меху, по одной натягивает, фиксируя каждую на запястье ремешком, вытаскивает из рукава то ли манжеты джемпера, то ли собственные курточьи и подпихивает края перчаток внутрь. (Святые угодники, думаю я). Смотрю на все это с нарастающим ужасом и смехом одновременно. Готовится к выходу в открытый космос? В Москве вообще-то - ноль, дождь идет… Не минус 40. От этих педантичных действий почти чешусь, думаю почему-то о его жене (но на правой руке кольца не вижу), вспоминаю одного такого же. Как-то была в гостях и видела, как муж побелел от злости, увидев брошенную женой кофту. Помню, как он шипел, выпучив глаза: «Что это???», а жена, мгновенно убрав одежку за спину, смущенно шепнула мне: «так-то он хороший»… «Новокузнецкая!», - радостно сообщает диктор. Женщина средне-пенсионного возраста вскакивает с возгласом: «Петенька, капюшон!» и они оба выходят…

Парикмахерская за углом. Про наше

Зашла к Диле, она смеется: «Смотрите, я арбуз проглотила!» И правда, ее беременность уже очень видна: 8-й месяц как-никак, мой мастер похорошела, стала женственнее. Администратор Вера делает заказ еды по телефону - пора обедать. - «Диля, все берем пельмени, сегодня скидка на них, тебе какие?» Раньше женщины готовили сами, прямо в парикмахерской, в мультиварке, а теперь нашли поблизости фирмочку (подозреваю, что просто кто-то делает все это на дому и разносит в судочках). - «Мне из трех сортов!», - кричит Диля. Я мысленно перечисляю: говядина, баранина… свинина? Или, может, все-таки - курица? Спрашиваю у Дили, она в ответ смеется: «Да я в пельменях свинину ем!» Напомню, кто еще не знает о Диле, что она из Таджикистана. - «А вот скажите», - спрашиваю, - «у вас в Чкаловске свинины вообще нет?» - «Да есть, конечно!», - отвечает Диля, - «просто так не называем!» - «Как это?», - удивляюсь. - «Мы когда в Чкаловск переехали, я маленькая была еще, пошла с мамой на рынок, за мясом. А мясом таджики, русские и немцы торговали, у нас тогда немцев было много!» Надо же - в Таджикистане, в маленьком городке с населением в 30 тысяч… - «Ну вот», - продолжает Диля, - «и мама всегда у немцев покупала. И вот говядина - говядиной называлась, баранина - бараниной, а еще было наше!» - «Как это?», - не понимаю. - «Ну вот так и я не понимала в детстве, немцы просто говорили: «а наше будете брать?» Это они так свинину называли!» Вот оно что… - «И мы так привыкли все, на рынок идешь, говорят: «нашего купи немного - на котлеты». Как интересно… - «Получается, что все-таки кто-то из таджиков свинину ест?», - продолжаю расспрашивать. - «Конечно, едят, тайком!», - смеется Диля, - «У нас городок маленький, но три шашлычных есть, две - армяне держат, наши туда и ходят, чтобы шашлыков поесть, из свинины. На шампуре-то не видно, баранина ли, свинина ли, особенно если соусом полить… Так и говорят: "мне не из баранины!" Не называет потому что. Армяне ведь свинину едят, знаете?» Знаю-знаю… _ «А что немцы?», - вспоминаю, - «Так и живут у вас?» - «Нет», - говорит Диля, - «Все уехали, конечно, две старухи только остались - подружки моей бабушки. А русских у нас много, они попривыкли и все равно живут…» - «А некоторые русские, которые уехали, к нам опять возвращаются!», - вступает в разговор мужской мастер, узбек, он тоже из Чкаловска, - «они говорят, баранина здесь у вас плохая… А свинину они вообще не едят!»З

В метро

В вагон заходит парочка, девушка молоденькая, в бордовой куртке, шарф красивый болтается, и парень - худой, в очках, на плече - портфель. Становятся около меня. А с ними же мужчина заскакивает, в последний момент. Смуглый, бородка тёмная, шапка вязаная чёрная и куртка тоже чёрная, в ушах наушники, в руках - телефон. И вот девушка говорит: «Вадька, смотри: мужик какой! Странный!» Парень отвечает: «Да нормальный!» Девушка не соглашается: «Да ты глянь! Он же на этого похож, как его?» - «На кого?», - не понимает парень. - «Ну как!? На этого, страшного… на хасида!», - говорит девушка. Парень смотрит на мужчину и отвечает: «С чего ты взяла? Не похож! Я в Израиле, знаешь, сколько их видел?» Девушка молчит, потом спрашивает: «Я не знала, что они и в Израиле есть! Ужас какой!» - «Да их там в Иерусалиме - толпы ходят прямо, и дети - тоже хасиды!», - сообщает парень. - «Что, по улицам ходят?? И полиция не арестовывает???», - вскрикивает девушка. - «За что арестовывать-то?», - удивляется парень. - «Ну ты вообще! Не ожидала! Ты посмотри, у него, может, и пояс хасида под курткой!”, - девушка жмётся к парню. - «Так ты про шахидов?», - говорит парень. - «Какая разница тебе, когда взорвет!», - вскрикивает девушка, - «смотри, весь чёрный, борода!» Парень разглядывает мужчину и сообщает: «Расслабься, не взорвет!» - «Почему?? Почему ты так уверен!», - вопит девушка. - «Да у него же в руках - 10-й айфон!», - уверенно заявляет парень.
А вы говорите «железный занавес»!

На рынке. Про телевизор

Пошла я сегодня на рынок - нет, не за картошкой-свеклой, а, представьте, на вещевой - сохранились они еще в столице-то. Дело в том, что озаботилась я с некоторого времени мягкой хлопковой пижамкой, а магазины типа Маркса со Спенсером за 100% коттон что-то много хотят. И хлопок так себе, между прочим. Ну и отправилась на рынок, у нас тут рядом. Захожу. В павильоне тетка сидит немолодая, а пижам у нее - видимо невидимо, висят, лежат и даже валяются. А на одной такой - валяющейся - гаджет поставлен, по которому кто-то что-то очень громко и телевизионно орет. Мы с теткой про пижамы, значит, гутарим, а мужик прям весь изстонался, изрыдался, изкричался просто. Не спрашивайте, кто. Я по морде лица только Соловьева с Киселевым узнаю, остальных - ни-ни. А тетка мне все новые мечет, да мягкие, уютные. А уж цена! В 3 раза меньше, чем в магазине. И уж так я продавщицу полюбила, прямо слов нет, да только мужик бесноватый очень, и все почему-то «Савченко-Савченко» завывает. - «А что это», - говорю, - «вы такое смотрите?» - «Та не знаю», - отмахивается тетка. - «А что это», - говорю, - он про Савченко-то вспомнил?» - «Та не знаю», - опять отмахивается тетка. - «Как же мне это все не нравится!»,- не выдерживаю я. - «А шо?», - вдруг спрашивает тетка так… с интересом. А я про себя вдруг это «шо» фиксирую и продолжаю: «Мне не нравится, что мы с нашим соседом ближайшим испортили отношения!» - «Ти ж моя донечка!», - вдруг говорит тетка, - «да я тобi скидку дам…»
А вы говорите - санкции…

Про зажигалку

ok.ru

Пару дней назад написала я пост про «Дикси» и брюссельскую капусту. Среди комментариев были и подозрительные: да ладно, ну не бывает, все выдумываете! (Хотела бы я иметь такую фантазию :)) На самом деле у меня - отягощенный анамнез: моя мама всегда как магнит притягивала к себе пьяных и душевно больных! Вот просто не успеет из дома выйти - здрасти-пожалуйста: какой-нибудь шатающийся мужик к ней с душевными порывами. Или вот, помню, ехали мы с ней в трамвае, сидим, разговариваем. Мест свободных - полно. Входит пьяный и прямиком - к маме, и ну ей рассказывать про Любку-стерву и маманю-заразу. Чуть не упал на нее! А ведь сколько других слушателей было! Нет, к мамуле. Или псих на старой квартире, мама еще совсем девочкой была. Он ей все про пришельцев и тараканов, которых эти пришельцы ему через стену просовывают, рассказывал. Мама, конечно, предлагала ему мусор почаще выносить, но он не верил и говорил: «Девочка сумасшедшая!».
Моя мамочка до сих пор всех выслушивает и входит в положение, но все больше - на дому: ей почти 90. Я, конечно, не такая душевная, так что мой магнит - послабее: за пуговицу уже не берут, но и не стесняются при мне в выражениях.
Это я к чему? Зашла я сейчас в хозяйственный - маленький отдел в продуктовом, туда никто и не заглядывает, девушка за прилавком скучает. А со мной вместе тетенька зашла, немолодая, но очень бодрая: в руках две сумки неподъемные. Вот она и спрашивает: «А есть ли у вас зажигалки?» Девушка оживляется, оглядывает покупательницу в том смысле, что не про курево разговор, и отвечает: «Смотрите: есть за 170, есть за 220, разницы никакой!» Тетка так очень разумно говорит: «Давайте уж лучше подороже - чего экономить, а за 220 получше будет!» Продавщица плечами пожимает: она ведь помочь хотела, и так уже без энтузиазма достает зажигалку. А тетка ее вдруг доверительно спрашивает: «А вот скажите… Я ведь на 6-м этаже, ничего?» - «В смысле?», - спрашивает продавщица, не понимая. - «Ну как… напор-то…», - отвечает покупательница. Девушка за прилавком смотрит на меня, я же внимательно разглядываю чистящие средства, как будто это вопрос жизни и смерти. - «Так. Вы про что? Какой напор?? Вы же зажигалку хотели? Или я не поняла?», - продавщица почти кричит. - «Да как же вы не понимаете?», - тоже повышает голос тетка, - «что я такого спрашиваю?» - «Да какой же напор… у газа может быть??», - вопит продавщица. - «Да какой газ???», - вопит в ответ покупательница, - «У меня плита - электрическая!!»
А вы говорите…

Чудеса в решете или случай в аптеке

Сегодня я отправилась в аптеку - она у нас тут, рядом с «Дикси». Аптеку гомеопатическую. Обычно днем в ней никого, один-два человека в поле зрения, а тут - надо же: целый хвост к окошку. Ну, раз пришла - встала. А у окошка - тетенька, и судя по тому, как народ переминается с ноги на ногу и даже в запрещенные местными правилами мобильники чего-то шепчет, находится она тут долго. Я - от скуки - вслушиваюсь, чего она провизорше заказывает. А в аптеке не только сладкие шарики продаются, но и, как водится, всякие травы, БАДы и прочее разное. Ну вот. А тетенька - интересная: лет 70-ти, такая… поджарая, волосы крашеные блондинистые, взбиты в облако, а сверху - шляпка. Ну, согласитесь - шляпка - не наш головной убор! Вот я и приглядываюсь - а заодно прислушиваюсь. А тетенька интересные вещи спрашивает, например: «А нет ли у вас, милочка (думаю, все-таки не Милочка, хотя черт его разберет, потом-то на бейджик не взглянула) эфиопских семян барака?» Я сразу - если кто фармацевт - хочу сказать, что за точность названий не поручусь, но судя по реакции публики в очереди, не мне одной смешно и странно было. - «Есть, как не быть!», - отвечает «милочка», - «да только по полторы тысячи!» А Шапокляк кивает, типа - ложь! Не в смысле - не ври, а в смысле - в корзинку: у провизорши стоит такая, пластмассовая, синенькая. Ну и дальше туда отправилось масло примулы вечерней, масло какао - «только мне нерафинированное, милочка», а потом вообще странные вещи: «Цыгопан» какой-то, «Кудесан», чей-то коготь и выжимка из мочевого пузыря кита… Корзиночка наполнилась, тут покупательница из сумки листочек достала, отдала (а в гомеопатических аптеках - строго: на телефоне  список подавать нельзя, только на бумажном носителе). «Металликум 3», - слышу приглушенное, - «арсеникум - 6? Две упаковки?» В общем, идет уже гомеопатическая тарабарщина. - «Это все?», - спрашивает провизорша. - «Нет», - вспоминает тетя, - «еще капсулы «женщина 30+» А надо сказать, что народ наш, хоть к очереди генетически приучен, но уже как-то… В общем, негодует. Ну и комментирует, само собой, типа: «горячится бабушка, ей уж 70+ бы надо, да чтобы дома сидела, а не ересь всякую покупала!» Потом наша 70+ бальзам первопрестольный заказывает! Надо же, думаю - алкоголь в аптеке? Может, и мне к Новому году прикупить… Публика резвится: «Да водку бери, бабусь, пенсия-то маленькая!» Заботятся, значит, о бабусином кошельке. И тут. И тут провизорша спрашивает: «Это все?» - «Да», - выдыхает бабушка. - «С вас… та-та-та-там - 35 тысяч 950 рублей!» Очередь ахает - буквально. Нет, ну кто же думал, что эти выдранные из бедной акулы плавники в сочетании с невинно убиенным барсуком - жира им, гадам, его сильно захотелось, на такую сумму-то потянет?? Мы все уже руки выставили - Шапокляк ловить! Ведь сейчас в обморок ляпнется пенсионерка-то! А старая так спокойно говорит: «Ой, я еще линин забыла!» А линин - кто не знает - эта такая ментоловая мазь, отвлекающая. Ну если где чешется. И у меня она есть - мало ли. И провизорша достает линин, бросает в корзинку и говорит: «50 рублей - как раз ровно: 36 тысяч с вас!» И тут. И тут старая как заорет: «Да это же обдираловка!!! Я на Маросейке по 25 рублей линин брала!! А вы, небось, и пузырьки пустые не принимаете??» Тут мы все сели. То есть прямо вот на пол. Ну цирк же!

…Вы, конечно, думаете, что сумасшедшая женщина-пенсионерка просто так борется с одиночеством и с негодованием вышла из аптеки, хлопнув дверью, оставив провизоршу разбирать отложенное до вечера? А вот и нет! Бабуля достала деньги - да все купюрами по 5 тысяч! А провизорша ей два бесплатных пакета под ее плавники и когти дала! А вы говорите - пенсии маленькие!

Про капусту. Брюссельскую

Захожу в «Дикси», надо купить яйца и хлеб. Как всегда, пробегаю по залу, вижу в морозильнике замороженную брюссельскую капусту. Беру пакетик, люблю ее и в супе, и даже просто залитую яйцом.
Около морозильного ларя стоит тетка, стоит, изучает. Смотрит на мой улов и спрашивает:
- «Что это?»
- «Капуста», - отвечаю, - «брюссельская!»
- «Хоспади!!», - вдруг вскрикивает женщина, - «Что ж вы нашу-то не жрете, российскую? Из заграницы им, вишь, подава-а-ай!»
Неожиданно, согласитесь. Но я настроена миролюбиво:
- «Это российский продукт!», - говорю (на упаковке написано).
- «Ра-а-а-ссийский!!», - уже издевательски сообщает покупательница, - «А вам импорт подавай, да?»
Ну, бывает. Поздне-осеннее обострение. День короток. На улице - грязь и мерзость. Понимаю. Сама бы сейчас в кого-нибудь вонзила клыки. Но пока предполагаю все-таки в брюссельскую капусту. И дома.
Уношу ноги. Беру упаковку яиц, хлеб, жидкое мыло, еще какую-то ерунду - все как всегда, сами знаете.
На кассе выкладываю все по очереди на ленту. Кассирша берет пакетик моей капусты, смотрит мгновенье и спрашивает:
- «Что это?» Так. Кажется, повтор.
- «Капуста», - говорю, - «Брюссельская!»
- « Я ее не понимаю!», - доверительно сообщает кассирша. Она - славянской внешности, что в нашем «Дикси» нечасто, очевидно русскоговорящая.
- «Не любите?», - уточняю.
- «Не понимаю я ее!», - вскрикивает кассирша.
- «А что ее понимать-то?», - удивляюсь, - «Ее просто есть надо… Вы пробовали?»
Кассирша выпрямляется за своим кассовым аппаратом и громко сообщает:
- «Я не понимаю, как такое вообще можно есть!!! Это же ужас что такое!!!»
- «Кому как», - говорю дипломатично, - «Дело вкуса. И потом - вы же ведь ее и продаете!» Нервная кассирша проводит мою капусту под сканером и вдруг вскрикивает:
- «Ой!! Я вам две пробила!!! Если вы такое употребляете, может вторую упаковку возьмете?»
- «Возьму», - говорю, - «если вы за ней сходите!»
Кассирша уходит. Тетка за мной (другая, не та что была у морозильника) спрашивает: - «Французская?»
- «Простите?», - не понимаю.
- «Ну, «брюссельская» написано - это из Франции!?»
Матерь божья.
- «Нет», - отвечаю спокойно, - «местная…»
- «Женщина! Вы в школе, что ли, географию не учили??», - вскрикивает очередная жертва осенней депрессии.
Вместе с кассиршей подходит и та, что была у морозильника. Смотрит, что мне дают вторую - с ее точки зрения - бесплатную упаковку капусты.
- «Это же делается, а!», - взывает она, - «простые люди на хлеб по карманам собирают, а этой - иностранную капусту забесплатно отдают!»
А вы говорите - ритуальное убийство царской семьи…