Бабушка. Уровень - бог

stihi.ru

Иду по улице, впереди вижу живописную группу: мама с коляской, мелкая какая-то собачка (не разгляжу), малыш на велосипеде. Такое яркое весеннее пятно: велосипед синий, поводок - зеленый, коляска - красная. Подхожу ближе. Женщина в серой легкой куртке, на шее - шелковый розовый шарф, то ли изначально элегантно уложенный вокруг шеи, то ли ветер постарался. Это все-таки не мама: седина, короткая стильная стрижка, заметные морщины, но движения, повадки, фигура - больше 40 лет не дашь. Вся такая европейская, ухоженная, просто глазам не верю. Поводок чихуахуа привязан к коляске, рядом мальчик на трехколёсном велосипеде. В руке у дамы - телефон, и я слышу: «И вот принцесса спрашивает у рыцаря: «Ты не боишься дракона? Он большой, злой и рыцарей не любит!» Я останавливаюсь и не могу отвести любопытного взгляда. Женщина это видит и говорит в трубку: «Машенька, подожди минутку!», после чего доброжелательно спрашивает меня: «Вы что-то хотели?» - Нет», - отвечаю, - «просто восхищаюсь…» - «Эти двое внуков - старшей дочки, а по телефону развлекаю внучку от младшей дочки: она сейчас под присмотром отца, но мой зять не знает ни одной сказки, компьютерщик, что вы хотите…», - охотно сообщает женщина. - «А собачка?», - спрашиваю я. - «Это моя любимая старушка! Вышла на пенсию и завела, чтобы не скучать! А потом пошли внуки…», - дама смеется. - «У вас их трое?», - уточняю я. - «Четверо», - отвечает бабушка, - «мы сейчас за старшим в школу идем!»

Гадюкино. Про лифты

С некоторого времени обожаю звонить в диспетчерскую, когда вдруг не работает домофон, не закрывается дверь или не ездит лифт. Почему? Дело в том, что это совершенно изощренное удовольствие! Раньше трубку поднимала одна из двух знакомых теток, которая говорила или «ДА!!!!» (И от ужаса и неожиданности я каждый раз забывала, по какому поводу тревожу занятого человека) или «Да…?» (С такой усталостью и безнадежностью, что незакрывающееся в мороз на лестнице окно казалось совершеннейшей ерундой), но потом она кричала: «Петрооович! Давай, иди опять в 6-й подъезд!! Окно у них, вишь, не закрывается! Да подойдет он, подойдет, щас докурит и придет!» А теперь-то, теперь! Объединенная межгалактическая справочная! Сервис!! Автоответчик!! Эта прекрасная контора из светлого будущего каждый раз умиляет, радует, восхищает!
Вот сломался у нас сегодня лифт. Дверцы - туда-сюда, туда-сюда. Нет, я, конечно, понимаю, что воскресенье и все такое. Но не могу себе отказать в удовольствии, звоню. Справочная эта, как я давно подозреваю, находится где-нибудь в Петропавловске-Камчатском. Почему, спрашиваете? А потому что тетеньки тамошние всегда сонные, потому как когда у нас - день, у них, у петропавловских-то - ночь. Звоню. Включается автоответчик, чтобы ты успел подготовиться и сообщить про себя всю интимную информацию. - «Слушаю!», - говорит камчадалка через сладкий зевок. Я, как велено, тараторю адрес. Улица, дом, подъезд. Со сна моя собеседница переспрашивает все по несколько раз, путает и путает, я исправляю и исправляю. Ладно, справились. - «А что случилось?», - интересуется диспетчер. - «Лифт», - говорю, - «сломался!». - «Сколько в подъезде лифтов?», - спрашивает тетенька (то есть, видимо, на хрена звонишь, если второй ездит?). - Один», - говорю. - «Есть ли у вас в подъезде грузовой лифт?» (Это явно по шпаргалке читается! Ну один же, один!!). Медленно завожусь: «Он же!», - отвечаю. - «Ответ непонятен», - сообщает тетка, оглушительно зевнув. - «Вопрос непонятен!», - в тон ей отвечаю я. - «Сколько лифтов у вас в подъезде?» (Видимо, решила начать опрос от печки). - «Один!», - уверенно говорю я. - «Есть ли в подъез…», - но тут тетка тормозит и говорит: «А я уже про грузовой лифт спрашивала?» - «Конечно», - приветливо отвечаю я. - «И что вы ответили?», - интересуется камчадалка. Мне скучно: «Девушка!! Лифт в подъезде - один! Он же - легковой, грузовой, для людей, собак и вещей! Важно, что он сломан!» Пауза. Видимо, я сообщила много лишней информации. Наконец: «Какая у вас проблема?»… Святые угодники. Сейчас расскажу все по порядку, начну с низкого давления с утра, косточки на левой ноге, дальше расскажу про головокружение у свекрови, давление у мамы, ну и о политике, конечно. - «Проблема», - говорю, - «не у меня, а у нашего единственного лифта! Он не выполняет свои служебные обязанности, то есть - не работает!» Тетка молчит, потом спрашивает: «В чем проявляется?» Вдох-выдох. - «Проявляется в наглом хлопаньи дверцами и нежелании поднимать и спускать пассажиров!», - говорю. - «А на каком этаже?», - сонно спрашивает тетка. Вот интересно просто: у них что, если на первом, то один монтер приходит, а если на третьем - другой? Или у нее анкета из 100 пунктов? Вдох-выдох: «Я не знаю, на каком этаже!» (Правда, не знаю: муж, вернувшись с улицы и уйдя из дома опять, сказал о поломке) - Таак!», - тянет диспетчерша, видимо, записывая: допрашиваемая отвечает уклончиво. Не выдерживаю: «Послушайте, ну какое это имеет значение??» - «А пассажиры в лифте есть?», - продолжает тетя. - «Если и были, то, к счастью, давно из него вышли!», - рапортую я, радуясь за соседей. - «В каком количестве?», - слышу я следующий вопрос. Матерь божья! Ну давали бы им кофе, что ли? Или что-нибудь для головы? - «Он пуст…», - грустно говорю я. Тетка опять замолкает, видимо, прикидывая, стоит ли приходить монтеру в пустой лифт… Не с кем пообщаться… Потом резко сообщает 54 цифры - это номер заявки. - «И?», - говорю я. - «Так воскресенье же!», - вдруг проснувшись сообщает диспетчерша, - «Теперь не раньше завтрашнего дня…»

Парикмахерская за углом. Про планы

За то время, что я ездила туда-сюда, Диля благополучно родила дочку. И, конечно, вышла на работу: а как иначе. С детьми сидит мама, приехавшая из Таджикистана. - «А мама спокойно восприняла новость, что вы родили без мужа?», - спрашиваю. - «Конечно! У меня родители считают, что дети - это хорошо! Мама, правда, сказала, когда третьего ребенка надумаю, надо будет сначала посоветоваться с ней», - отвечает Диля. - «А вы третьего хотите?», - восхищаюсь я. - «Да, я так запланировала, давно еще: мальчик, потом - девочка, а напоследок - опять мальчик!», - сообщает Диля. - «А почему так?», - удивляюсь я. - «А как же?», - в свою очередь удивляется Диля, - «Старший сын дочку опекать будет, младший - старшему подражать. Братья потом финансово сестру поддержат - ну это уже потом, когда я старая буду. Ну и про меня не забудут! Два-то мужика больше заработают!» Я замираю: как все просчитано, с ума сойти… Диля прыскает на меня лаком и со смехом добавляет: «Это я пошутила!» Пытаюсь сообразить, что именно было шуткой. - «Про финансовую поддержку! Я себе на старость сама заработаю. Вот  сыновей женю, дочь замуж выдам - и по миру хочу поездить, Оля! Для себя-то надо пожить?», - спрашивает у меня Диля.

Кого жальче?

Захожу в «Дикси», очередной раз изумляюсь одной работающей кассе при длинной очереди, прохожу в торговый зал в трусливой надежде, что когда куплю свои вялые овощи, народ рассосется. В молочном отделе вижу старуху: волосы выкрашены в цвет «выгоревшая блондинка», лицо в боевой раскраске и морщинах. Невольно раздражаюсь, потом спохватываюсь: а вдруг сама такой буду? (бабку жалею). Женщина берет сметаноподобный и творогоообразный продукты (жалею бабку - на нормальную еду нет денег). Рядом продавщица, женщина из какой-то бывшей нашей среднеазиатской республики раскладывает товар. Старуха смотрит на нее и - сразу, без подготовки - начинает кричать: «Почему касса одна?? Вот, что ты тут стоишь без дела, за кассу иди!!» (жалко гастарбайтершу - как так можно кричать на человека). Азиатка не реагирует. Бабка продолжает: «Что молчишь? Что ты молчишь?» Азиатка невозмутимо раскладывает товар. - «Да что же это, а??», - кричит старуха. Продавщица наконец поворачивается и сообщает: «Я по-русски плохо понимаю!», но говорит хорошо (не меньше В2). Пока жалеть некого, 1:1. Бабулька вылупливает глаза, но ничего не отвечает, и даже уходит. Продавщица говорит ей вслед негромко, но так, что бы я слышала: «Старая бл@дь!», уверенное С1 (Жалко бабку). После чего неспешно идет к кассе. Очередь быстро рассредотачивается, крашенная старуха пробивается вперед, потом встает парень, за ним - я. Бабка кладет на ленту свою имитацию еды (жалко бабку), продавщица, как ни в чем, проводит все через сканер и называет сумму. Бабка достает какую-то карточку, вставляет, устройство начинает орать дурниной. Бабка - тоже (жалко продавщицу). Продавщица вынимает карточку, опять вставляет - все пищит. - «Может, просроченная? А наличные есть?», - спрашивает. Старуха не двигается и не отвечает, потом начинает заваливаться на кассу (жалко бабку). - «Вам что, плохо?», - спрашивает продавщица. Бабка по-прежнему не отвечает и уже почти лежит на своих  молокоподобных продуктах. Продавщица вскакивает, перебегает на нашу сторону и подтыкивает под старуху стул. Та молчит, но садится. - «Бабушка, у вас нет денег, что ли?», - спрашивает продавщица (жалко бабку). - «Какая я тебе бабушка, курва азиатская!», сипит старуха (жалко продавщицу). - «Давайте, я заплачу!», - говорит парень передо мной. Старуха неожиданно оживает, хватает обе упаковки и трусит к выходу (жалко парня - даже спасибо ему не сказала, жалко бабку - видимо, это было представление, но, может быть, денег нет, вот и…) - «Ни фига себе!», - смеется парень, - «Бабка-то здоровая!» - «Зря вы за нее заплатили!», - сообщает продавщица, - «она уже не первый раз так - на жалость бьет!» ( все равно жалко бабку, хотя и противно).
Выхожу. Бабка сидит на скамейке и руками ест творогоподобный продукт. Жалко всех. Всех нас.

Про экономику

komotoz.ru

Вышла от мамы, стою жду трамвай. Подходят двое, вернее - трое: мужчина, женщина и собака. Приглядываюсь к псу - неужели бриар? Видела их нечасто, се больше на картинке. Смотрю на собаку, замечаю, что у нее смешная черная челка, а сама такая бело-серая. Бриар тянется ко мне, я сообщаю ему, что он очень хороший, мы друг другом довольны, треплю его за ухом. Хозяйка ( поводок у нее) спрашивает: «Любите собак?» - «Конечно», - отвечаю, - «особенно бородатых, у самой - черныш!» - «А это - бриар!», - гордо сообщает женщина. - «Да, я вижу, очень красивый!», - говорю. Теперь уже смотрю на хозяйку - женщину моих лет, в добротной куртке с ярким шарфом. Замечаю, что помада у нее слишком лиловая, ну мало ли… у каждого свой  вкус. Перевожу взгляд на ее спутника - мужчина намного моложе, стоит как-то отстраненно. У меня звонит телефон, и я, улыбнувшись, делаю пару шагов в сторону, но поскольку разговор мой пустяшный, волей-неволей слышу, что говорит мужчина: «Выручку - вечером, как обычно?», - спрашивает. Женщина кивает: «Да, потеплело, думаю, сегодня будет больше, чем вчера!» Заканчиваю телефонный разговор и думаю: о чем это они? Наверное, какая-нибудь мелкая торговля. Сажусь в подошедший трамвай и вижу, что женщина с собакой садятся, только в другую дверь, а мужик уходит. Выхожу на своей остановке, потом иду в магазин, застреваю в одном, забредаю в другой. Наконец двигаюсь в направлении дома, прохожу мимо торгового центра и вдруг… вижу бриара! Ну того самого! С черной челкой. А с ним -  женщина с лиловой помадой, только уже в какой-то рванине, а не в приличной куртке и почему-то в темных очках. - «Подаааайте, кто сколько может слепой… Подаааайте!..», - голос противно визгливый, неестественный. Я останавливаюсь. Ошибки быть не может, бриар опять тянется к моей руке… «Слепая» тоже узнает меня, смотрит и говорит тихо: «Иди, куда шла, работать не мешай!»…
Малый бизнес поднимает экономику страны.

Гадюкино. Котировки

woman.rambler.ru

Захожу в «Дикси», народу мало. Вижу двух мужчин, которые ходят по залу, разговаривают озабоченно и, похоже, беседой увлечены больше, чем покупками. Обсуждают сегодняшний курс евро и доллара. А за ними - почему-то - ходит немолодая женщина, такая уже неначинающая пенсионерка, лет 70-ти. Они к хлебу, и она за ними, они, ничего не взяв, к консервам (смотрят и ясно же, не вглядываются), и бабулька туда же. Разговор слушает? Вот все трое остановились у сосисок, и один мужик другому говорит в непарламентских выражениях о ближайшей перспективе. А женщина-то вдруг, как третья равноправная участница беседы, и говорит: «Вот все-то вам не нравится, все-то вам не так! У нас рубли, а не ваши доллары!» Говорит недовольным голосом. Тот, кто помоложе, смотрит на нее удивленно и сообщает: «Вы не понимаете? Вот сосиски - 100 рублей, а будут - 200» - «А мне-то что?», - спрашивает пенсионерка. - «Да как же?», - не унимается мужик (а второй молчит): «Вот вы сейчас упаковку за 100 рублей берете, а скоро придется в два раза больше выложить!» - «А мне-то что?», - опять не понимает старушка. Мужик смотрит на нее, потом на своего приятеля, потом опять на нее и говорит громко, по слогам: «Це-ны по-вы-сят на со-сис-ки!» Женщина кивает: «Да я их отродясь не брала, это за 4 сосиски 100 рублей выкладывать! Это с какой же, спрашивается, пенсии? Я все больше пшенную кашу, молочко! Молоко-то наше, авось, на рубли!» Первый мужик озадаченно молчит, второй тоже. Бабулька, качая головой, отходит. Второй говорит первому: «Хорошо, что ты ей про цены на лекарства не сказал…»

Взгляд со стороны

mirdetstva.info

В торговом центре Бургаса стою в примерочной в ожидании. Две кабинки заняты двумя болгарскими девочками лет 12-13-ти, а в предбаннике сидят их мамы. Одна мама - полненькая, все на ней в обтяжку, другая - худощава, в каком-то невнятном балахоне. Оказывается, что у пухленькой мамы абсолютно тощий ребенок, а у мамы 44-го размера - весьма упитанная дочь. Худенькая девочка появляется в прекрасно сидящих джинсах и спрашивает мать: «Ну как?» Обтянутая до предела мама строго говорит: «Я же тебе сказала, что надо брать на размер больше! Теперь я вижу, что на два! Надевай вторые!» Мама явно недовольна, а дочка не решается противиться, обиженно задергивает занавеску. В этот момент открывается соседняя кабинка и толстенькая девочка являет всем нам джинсы с горизонтальными прорезями на штанинах. Штаны впиваются ей… везде и во всё. Хорошо заметны трусики, а прорехи наполнены незагорелым девичьим телом. Мама - в восторге: «Вот! Смотри, как сидят! Идеально! А ты говорила!» Дочка выглядит смущенной, ей явно не нравятся джинсы, она смотрит на мать, потом оборачивается и хмуро разглядывает себя в зеркале, мы же видим рвущуюся на свободу попу. В этот момент первая девочка опять распахивает занавеску, она уже в других джинсах, и модель другая - типа «штаны бойфренда», с талии вообще слезают. Девочки делают шаг вперед, к мамам, и… видят друг друга. Шумно обнимаются, оказывается, они знакомы. Стоят, обнявшись. Обе матери переводят глаза с собственного дитя на соседнее и вдруг говорят хором. Пухленькая мама сообщает: «Нет, берем первые джинсы!» Мама-худышка: «Слушай, давай я тебе принесу побольше, эти же явно жмут…» Девочки счастливы, мамы - тоже.