Диссертация

Она была филологом, русистом. Ездила в экспедиции на север, записывала там разные говоры.
Он был врачом-физиологом. Делал опыты то ли на мышах, то ли на кроликах.

Они решили пожениться, потому что вместе им нравилось.

Потом родился сын. Помогала ее мама. А его мама - совсем не помогала, потому что жила не в Москве. Но это ведь и неплохо, когда свекровь далеко…

Ее мама была суровая, говорила мало. Кормила внука манной кашей, выгуливала.

Потом сын пошел в садик.

Завели собаку. Большую, овчарку-переростка. Нет, сначала-то она была маленькой, но вымахала. Назвали Доксой.

Потом родилась дочь. Бабушка опять помогала, кормила внучку манной кашей. Сын уже пошел в школу, ходил сам, через дорогу. Хорошо, когда школа через дорогу.

Домом никто не занимался. Она не вылезала из командировок, он - целыми днями резал подопытных зверушек. Жалко их, конечно, но иначе - никак.

Бабушка в квартире не убиралась, говорила: микроб от грязи дохнет! Может, зять ей рассказал.

Иногда жена бралась за веник, но понимала, что это уже не поможет, и садилась читать. Или над диссертацией работать. Она очень хотела стать кандидатом наук.

Муж приходил с работы и лез в холодильник. Редко что-то находил - если только бабушка накануне варила борщ в ведерной кастрюле. Покупали винегрет в кулинарии. А так - молоко, хлеб, сосиски. Картошку отварить - если кто-нибудь купил. Он садился за диссертацию - докторскую.

Жили нормально, ссориться было некогда. Дочка пошла в школу через дорогу.

Сын был очень красивым мальчиком, да и дочка - ничего.

Учились плохо, особенно дочка.

Дочка рано стала гулять с мальчиками, лет с десяти прямо. Матери это не слишком нравилось, но как уследить. Бабушка ругалась, да кто ее слушал.Да и девочке, наверное, с мальчиками веселей - с братом же росла. И с овчаркой Доксой.

Сын после школы поступил в медицинский. Папа помог немного.

А дочка только школу закончила и замуж вышла.

Тут отца инсульт разбил. Дочка-то замуж за друга своего брата вышла, а тот наркоман был. Тогда про это и не знали особо, какие такие наркоманы? Только в книжках иностранных. А оказалось, и у нас есть. Вот отец и не выдержал. Правда, он не знал тогда еще, что его сын - тоже наркоман, так что после инсульта оправился. Жена ухаживала. Докторскую он еще до инсульта защитил, после - вряд ли смог бы.

Ну, а потом отец, конечно, и про сына узнал. Стал жене кричать:

-Ты куда смотрела? Все по командировкам своим дурацким! Упустила!

А она в ответ:

-Лучше бы крыс своих не резал, а за детьми смотрел!

Ну и пошло-поехало!

Потом сына из института выгнали. Он от армии стал прятаться по знакомым.

По знакомым наркоманам, - говорила его мать.

Дочка аборты делала - не хотела от наркомана-мужа рожать. А муж ее еще и бил.

Ну вот, а потом сын куда-то совсем пропал, говорили, что убили его. Отец после второго инсульта умер. А дочка погибла - под машину попала.

Жена и мать защитила таки кандидатскую!

…А когда ее хоронили, на кладбище заведующая кафедрой так и сказала:

-Прекрасную диссертацию покойная написала и просто блестяще ее защитила, всем бы нашим сотрудникам так! Конечно, перед самой смертью защитилась, но зато - безупречно!

Но родные и близкие заведующую почему-то не поддержали. Впрочем, родных на прощании и не было, мать-то ее еще раньше умерла.

Четырехкомнатная квартира

Квартира была хорошая, трехкомнатная. На самом-то деле - четырехкомнатная. Лена удивлялась даже, как при обмене предыдущие жильцы не стребовали с них доплаты! Четвертая комната была совсем маленькой, какие-то неполные шесть метров, но с крошечным окошком. Числилась кладовкой, но зачем в кладовке окно? Поселили туда бабушку.

Ленин муж Витя был врачом, но это раньше, потому что давно уже работал администратором - заместителем главного в ведомственной поликлинике. Витя пил. Не постоянно, а по поводу, но начав, трудно останавливался. Их сын Андрюша в детстве очень гордился папой: в дом часто приходили гости, папа балагурил, все смеялись. Сначала Витя не пьянел, потом хватало пары рюмок. Отцовские анекдоты Андрюша пересказывал в школьной компании - и все тоже смеялись…

Лена работала медсестрой, но не у Вити, а в районной поликлинике. Витя шутил, что «у нашей мамы мозгов для хорошей работы не хватает», бабушка, Витина мама, всегда смеялась, Андрюша тоже. А Лена молчала, думая с удовольствием, что свекровь-то живет в кладовке. На сына она никогда не сердилась, а с мужем были свои счеты: после серьезной попойки Витя всегда извинялся и дарил Лене что-нибудь. Вернее, Лена сама говорила, что ей надо: то колечко, а то и дубленку, которую привезли из-за границы, да приятельнице не подошла. Для дубленки, конечно, надо было постараться - не просто напиться, но еще и потерять что-нибудь по пьяни.

Ленина свекровь считала, что ее Витенька слишком хорош для какой-то там медсестры, а Лена говорила, что терпеть этого пьяницу другая бы не стала, и вообще - воспитывать сына надо было лучше. Так, переругиваясь, они и жили. А потом Андрюша вырос и женился.

Раньше у Лены с Витей была спальня, у Андрюши - комната, бабушка - в кладовке, и общая - гостиная, где стоял телевизор. Когда появилась Наташа, то оказалось, что Андрюшина комната для двоих маловата. Пришлось всем, кроме бабушки, переезжать: родители - в гостиную, Андрюша с Наташей - в родительскую спальню, уж какая там общая комната в бывшей Андрюшиной - сами понимаете, но телевизор туда перенесли.

Теперь гости собирались в родительской комнате, там и до дивана Вите было ближе.

Когда родилась Полинка, опять случилась перестановка: молодые родители с младенцем заняли бывшую гостиную - иначе как втиснуть кроватку? Лена с Витей вернулись в бывшую свою, а Андрюшина должна была вот-вот стать детской. Больше всех радовалась свекровь: все-таки в житье в кладовке были свои плюсы.

Потом родился Игорек. Его вроде бы и не планировали, но так получилось. Полинку отселили, как и было задумано, в бывшую Андрюшину. А через два года Андрюша развелся с Наташей, и она с детьми ушла жить к своим родителям.

Бабушка решила, что можно начать претендовать на детскую, бывшую Андрюшину: я уже старая совсем, мне нужно дышать, а через этот «кошачий лаз» - ни света, ни воздуха. Лена в этот момент как-то расслабилась, не уследила, и переезд состоялся. Правда, через месяц бабушка умерла, а Витя на поминках допился до белой горячки. Вернее, на поминках он начал, а потом продолжил, и не просыхал как раз до девятого дня.

А Андрюша развелся с Наташей неслучайно: он встретил Иру. Ира работала представителем какой-то иностранной фармацевтической компании, Андрюша-то пошел по отцовским стопам, но тоже врачом становиться не рвался, а занимался каким-то околомедицинским бизнесом. Так они с Ирой и познакомились.

Надо сказать, что квартира Ире очень понравилась. Метро - в двух шагах, район прекрасный, парк - через дорогу, магазины, все рядом, двор хороший. У Иры была дочка от первого брака Катя и однокомнатная квартира. В бывшую Андрюшину, в бывшую Полинкину и недолго бывшую бабушкину комнату мы поселим Катю, родителям переезжать никуда не надо, а мы, - сказала Ира, - будем жить в бывшей гостиной. И кладовка наконец станет просто кладовкой.

Но Лене все это не понравилось. Она, конечно, очень любила Андрюшу, но жить с его Ирой, да еще и Катей не захотела. Витя после очередного запоя был совершенно согласен с Леной.

Нет проблем!, - сказала Ира Андрюше, - пусть твои родители переедут в мою однушку! Старикам надо жить отдельно, много ли им надо? Мы будем ходить к ним в гости, Катюша станет учиться в школе рядом с парком. Тем более - что правда, то правда - Ирина однушка была совсем недалеко, в одной троллейбусной остановке.

Витя стал пить на регулярной основе. Лена подумала, что ссориться с новой невесткой недальновидно. Они согласились на родственный обмен, но оформить ничего не успели: у Вити случился инсульт. Его парализовало, поэтому пришлось отложить. Ира была очень недовольна, но не тащить же свекра волоком. Ей, Андрюше и Кате приходилось жить в маленькой однокомнатной. Переезжать и помогать Лене - не хотелось, решили подождать.

Витя сам встать не мог, а вот до сигарет дотянуться получалось. И курил он, естественно, лежа. Лена всегда следила и окурки отбирала. А тут - на тебе, как на грех. Витя лежал в их бывшей спальне, а Лена перебралась в Андрюшину. Устала очень - на работе, да с Витей… Уснула. Не уследила. И Витя уснул. В общем, Лена задохнулась, видимо, сразу. Не спасли, а Витю забрали в больницу, он жив был. Вот так бывает. Квартира выгорела вся… Хоронили вместе, и Лену, и Витю, в один день. Андрюша на поминках  напился, и пил, не просыхая, до девятого дня… 

А потом как-то неожиданно оказалось, что четырехкомнатная квартира теперь Ирина. Ну и Катина, конечно. А Андрюша прописан вообще где-то в Подмосковье.

Хоронили Андрюшу Наташа, Полинка и Игорек.

А в четырехкомнатной квартире живут Катя с мужем и детьми и Ира. Ира - в кладовке.

Про инсульт

-Что с ней?

-Так-то она крепкая у меня, но кашель затянулся, боюсь, не бронхит ли…

-Послушаем, не волнуйтесь! Расскажите пока. Инсульт?

-Да, инсульт был 5 лет назад. Но она хорошо восстановилась, видите. Хотя лежачая… Ей вообще досталось… Мать родила ее в 19, без мужа, а тогда - это не сейчас, тогда строго было… Но родители хорошие, ну родители матери, потому что мать… нет, я не осуждаю… в общем, бабушка с дедом воспитывали, не мать. А потом старики умерли, и что вы думаете - за девочкой тетка стала присматривать… так что без детдома обошлось: мать же была. Ну, потом она выросла, школу закончила, работать пошла. Замуж вышла неудачно… Развелась. Ну а потом инсульт вот случился…

-А вы-то ей кто?

-Я? Я - мать…

-Издеваетесь? Вы же моложе ее!

-Да это так, конечно… Это я по привычке… Она после инсульта мамой меня считает. Я же за ней 5 лет и хожу… Она все: мама-мама, ну я и отзываюсь, привязалась, знаете, забочусь о ней… Соседка я…

-А родственники-то навещают? Мать ее умерла, конечно?

-Мать? А что ей сделается? Жива… Не навещает... Но звонит мне - квартира-то ей достанется…