Показаны сообщения с ярлыком Игорёк. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Игорёк. Показать все сообщения

четверг, 12 декабря 2019 г.

Отец, мать, Игорь и Таня

Квартиру в цековском доме они получили почти случайно. Двухкомнатная, в девятиэтажном кирпичном доме. До метро, правда, три остановки на трамвае, но парк рядом, хороший гастроном в двух шагах. И «Диета» через дорогу…

Отец работал водителем у какого-то начальника. Вообще в этом доме жили в основном руководители средней руки, но, наверное, для статистики были и кто попроще. Даже машинистка одна. Сам начальник жил в том же доме, но в другом подъезде и в четырехкомнатной. Замолвил, видимо, словечко - для собственного удобства.

Мать работала в школе, то ли труд преподавала, то ли в начальных классах. Было у них с водителем двое детей: мальчик Игорь и девочка Таня.

Игорь был симпатичный, а Таня - вылитая мать. Даже бородавки на лице - в тех же местах.
-С лица воды не пить!, - говорила мать, видя, как дочь ожесточенно причесывает свои тусклые волосы.

Игорь учился так себе, а Таня получше.
- Главное - образование!, - говорила мать, но Игорь так не считал и таскал тройки, потому что их ставили уже при наличии учебника и тетрадей. А Таня ещё что-то зубрила, так что получала иногда четверки.

После школы Игорь загремел в армию, потому что с тройками никуда не брали.
-Армия сделает из парня мужчину!, - говорила мать Тане, а Таня думала, что Афганистан - не лучшее место на земле, но матери не перечила.

В институт Таня, как и брат, не поступила, а пошла работать.
-Дочь - отрезанный ломоть!, - говорила мать, хотя Таня отдавала ей всю зарплату.

Потом Таня вышла замуж. Сначала пожили с родителями, потом у ее Пашки умер отец, и молодые стали жить со свекровью. Таня родила мальчика, назвали Игорем, но не в честь брата, а просто.

Через пару лет муж от Тани ушёл, и она вернулась к родителям.
-Кобель и есть кобель, чего ему не хватало!, - говорила мать, хотя вскоре выяснилось, что это ее Таня загуляла и прекращать этот увлекательный процесс не думала. Пашка приходил, просил вернуться.

Потом Таня вышла замуж за финна - где она его нашла, непонятно. Почти сразу уехала с ним в Финляндию, Игорька не взяла - надо сначала устроиться, сказала матери.
-Черного кобеля не отмоешь добела!, - говорила мать, и непонятно было, имеет она в виду Таню или ее нового мужа.

Игорь после армии решил стать военным, поступил в какое-то училище и уехал на Дальний Восток.

К этому времени отец умер, вернее, то ли разбился на машине, то ли провалился куда-то по пьяни. А может, как раз на машине-то и провалился.

Мать детей на похороны не дождалась, зато начальник, которого возил отец, очень помог и денег дал. Мать деньги отложила, сначала на памятник: не хуже других, надо по-людски, а потом, после поминок, про памятник передумала: выяснилось, что у покойного была любовница… И даже дочь.

Внук Игорь пошел в школу, а сын Игорь написал, что женился. Фотографию прислал.
-С лица воды не пить!, - привычно повторила мать, потому что жена у сына была так себе.
-Главное, чтобы человек был хороший!, - добавила. Внук не понял, но переспрашивать не стал.

Потом у Игоря родилась дочка, и жена ушла с ней жить к матери.
-Черного кобеля не отмоешь добела!, - объявила мать, имея в виду дурную невестку. Правда, потом выяснилось, что та ушла, потому что Игорь сильно пил и поколачивал ее.

В Финляндию Таня мать не звала.
-Хорошо там, где нас нет!, - говорила мать. Внук считал, что в Финляндии без бабушки, и правда, лучше - и маме, и Финляндии. Он ездил к матери и ее мужу туда на каникулы.

Потом Игорь повторил судьбу отца, но не до конца, только получил инвалидность и переехал к матери.
-Родная кровь!, - говорила мать, хотя Игорь стал напиваться и выгонять мать из дома.

Таня развелась с финном и переехала в Германию, где быстро вышла замуж. Забрала Игорька. Через год тот шустро говорил по-немецки.

Игорь стал продавать вещи из дома. Сначала мать думала на внука - тот еще жил с ними, но когда исчез телевизор, стало ясно, что Игорёк его просто не поднял бы - телевизоры раньше были громоздкие. Мать отдала золотую цепочку и серьги с фальшивыми рубинами соседке на хранение, но холодильник же не отдашь…

Когда Игорь продал родительскую квартиру и сказал матери, что теперь она прописана в Калужской области, в деревне Бражниково, та попала в больницу. Успела позвонить Тане, правда.

Таня прилетела тотчас. Определила Игоря в психбольницу, квартиру оформила на себя - как, не спрашивайте. За хорошие, нет, за очень хорошие деньги. Мать быстро пришла в себя и все причитала: сыночка, сыночка.

Сейчас мать живет под Гамбургом вместе с Таней. Таня - вдова и бабушка, Игорёк женился, и у них уже двое. Таня подумывает о следующем браке, ведь претендентов - куча.

Игорь спился, лежит рядом с отцом. Памятник Таня поставила им приличный, но и только. Дочка и бывшая жена Игоря - тоже в Германии, живут в пригороде Кельна, но приезжают редко. Таня их обеспечивает.

Бородавки на лице Таня не свела, ее покойный муж считал, что они придают ей особый шарм. Он входил в десятку богатейших людей Германии - так что к его мнению невозможно не прислушаться. Да и остальные ухажеры восхищаются Таней - не могут же они все ей льстить?



суббота, 22 июня 2019 г.

Инна

Инна была веселым ребенком. На всех детских фотографиях - смеется. Хотя сколько их было, фотографий-то. Да и не сохранилась половина - родители много переезжали. Мама так и говорила: девочка-припевочка. Жили небогато, мать на всем экономила, отец пытался подработать. Но Инне было хорошо. И потом она всегда говорила: детство было золотое.

Замуж Инна вышла рано, едва исполнилось 18. Первая любовь. Он - много старше, умный и какой-то очень секретный, Инна так и не поняла, чем занимается. Когда пришел знакомиться с родителями, не они его оценивали как зятя, а он их - сгодится ли новая родня. Не подведут ли.

Сразу появился сын, Игорёк, копия папы. Жили хорошо. Муж неплохо зарабатывал, а Инна, отдав сына в садик, стала там же преподавать музыку. Два притопа, три прихлопа. Мишка косолапый по лесу идет… Но ей нравилось, и Игорёк всегда под присмотром. Муж ездил в командировки, иногда долгие. Инна ждала его, но не грустила - некогда было: работа, сын, родителям помочь, да еще собачку маленькую завели - Игорёк очень просил.

Муж был хороший, из командировок подарки привозил, но не всегда: не успел, понимаешь. А Инне и не надо особо ничего, сам приехал, здоров - и слава богу. Иногда муж появлялся мрачный - тогда к нему не подходи, Инна уж знала. И сына уводила: папа отдыхает. А бывало наоборот: вдруг хохотать начинал, по дому бегать, пел громко… Так было даже хуже, но потом все опять налаживалось. Выпивал, да. Было. Но не так уж часто. Вот как раз когда хохотал - потом напивался.

Игорёк уже в школе учился, а Инна так к садику и приросла - да и рядом с домом, удобно. Как-то забежала днем - что такое, голос мужа, и еще женский. Застала, в общем. Не знала, что сказать, просто стояла и смотрела. Муж потом, конечно, объяснил, что она все не так поняла. Забрала Игорька, собачку и уехала к родителям. Муж каялся, с цветами прибыл, говорил: работа такая, коллега это, зря подумала плохое, только тебя…

Инна с сыном вернулись. Ну что - у родителей теснота, да у мамы аллергия на собачью шерсть. Может, и правда - по работе надо было?..

А через месяц муж встретил ее дома с топором. Кричал, что убьет. Глаза безумные. Как он только топор нашел, - думала Инна, - он же на антресолях лежал, в глубине, за лыжами.

В общем, положили его в больницу. Месяц пролежал, его там кололи, таблетки давали. Выписали тихого, но сказали, что все может повториться. Мужа по болезни с работы уволили, зачем им припадочный. Пенсию назначили, приличную. Инна все ножи спрятала на всякий случай. Таблетки ему давала.

Муж стал ее бить. То суп холодный, то котлеты пересолены. А еще - изменяешь. Она, конечно, уворачивалась, но не всегда. Стыдила его. А он ей: чтоб ты сдохла. Сын поначалу мать защищал, но и ему доставалось. Что ты, это ж папка твой!, - говорила Инна. И Игорёк стал в свою комнату уходить: сами разбирайтесь. Синяки были, да. Тональным кремом замазывала, Ланком, французский, подруга доставала. Стыдно было в садике-то. А в больницу не брали: ваш псих, вот и следите. Не убил же?

В общем, лучше не становилось. То нос Инне свернет, то толкнет, она упадет, руку сломает. А как на пианино со сломанной рукой? Участкового вызывала, скорую. Удалось положить в стационар все-таки. Хоть на время. Ходила к нему каждый день - не чужой же. Домашнего отнести. Иногда придет, а он спит, от таблеток-то. А она смотрит и думает: может, он и не псих вовсе? Может, он всегда такой был? Что я про него знаю, с кем жила?..

Ну, потом санаторий для нее кончился, обратно мужа забрала. Сын осуждать стал: он же человек, дома жить должен, не в чужих стенах. Это да, только Игорька-то муж не трогал, боялся, а Инну лупил.

Он меня когда-нибудь убьет,- думала она по ночам. Пыталась вспомнить хорошее, а не вспоминалось. Вспомнила, как первый раз поднял на нее руку, Игорёк только родился. Здоровый был еще, муж-то. Как стерпела, ради сына, ради мира. Зачем? Не надо было. Руки хотела на себя наложить - а как Игорёк один с ним останется? И родители старые.

А потом муж умер. Вернее, погиб. Инну ударил, она упала, а он на балкон курить пошел. Довольный. Всегда радовался, когда бил. Курил он вообще много. Дело сделал, можно и сигаретку. И как уж свалился с балкона, непонятно. Но насмерть. Еще бы, двенадцатый этаж. Так и не застеклили балкон, - подумала Инна. А больше - ничего не почувствовала.

Провожали вдвоем с сыном. Когда дверцы закрылись, и гроб уехал, Инна подумала: в геенну огненную. Как ты можешь, - сказал Игорёк. Оказывается, Инна это произнесла вслух.

Стала ходить на кладбище. Там и папу Инниного два года назад похоронили, и мужа. Обоих навещала.
Синяки поджили. Как-то красила ограду, попросила мужчину, который соседнюю могилу прибирал, помочь. Он не отказал. У него, оказывается, жена тут похоронена. Инна сказала: а у меня - муж. Больше они об умерших не говорили.

С кладбища пошли вместе. Пару раз встретились. Инне-то сорок пять всего было. А он постарше, представительный такой.

Тридцать лет уже вместе живут, не нарадуются. У Игорька - двое детей, у дочки мужа - трое. Инна - прекрасная бабушка. У ее внуков - золотое детство. Всей семьей много лет назад переехали в США. Тетка мужа оставила ему очень приличное наследство, вот они и решили.

А за могилами за хорошие деньги следят работники кладбища.