 |
| http://barev.today |
Кира была москвичка. Ну то есть родилась в Москве, а родители переехали в свое время из Гродно. Размик был из Еревана, поступил на биофак МГУ. Он был умный и целеустремленный, учился на пятерки: я хочу защитить кандидатскую и докторскую, это - минимум. Кире Размик нравился.
Познакомились они, как это и бывает, случайно, в компании. Кира на вечеринку идти не собиралась, была простужена, но подруга упросила: одной боязно. Пошли. В квартире Кира забилась в уголок и помалкивала, народу было много, что-то ели, пили, потом танцевали. Размик пришел с приятелем, сразу привлек внимание хозяйки и других девушек. И почему-то подсел к Кире, так весь вечер и проговорили. Потом пошел провожать, взял телефон.
Начался не то чтобы роман, но встречи, прогулки. У Киры уже был парень, с ее курса, она училась на бухгалтера. Но такой - не рыба, не мясо. А Размик оказался напористым.
Мама Киры отнеслась к ухажеру с подозрением: на квартиру в Москве нацелился. Квартира у Кириных родителей была действительно неплохая, такая затейливая: считалась двухкомнатной, а на самом деле имелась и третья, только без окна, кладовка. Ничего себе кладовка - целых 6 метров! В ней Кира и жила. А вот балкона не было.
Но оказалось, что у Размика, вернее, у его родителей, большая трехкомнатная в центре Еревана, а еще - дача. У Кириных родителей дачи не было.
Кира была светленькая, и глаза голубые. Вместе они с Размиком хорошо смотрелись. Когда Кира защитила диплом, Размик сделал предложение - он тоже защитил диплом, они были ровесники. Размика звали в аспирантуру, но он решил вернуться домой. Кира согласилась. И замуж выйти и в Ереван переехать. Кириной маме этот вариант нравился - зять не претендовал на московское жилье, да и кладовка освобождалась.
Свадьбы было две, в Москве - скромная, в Ереване - пышная.
Свекровь была красивая, врач, заведующая отделением, свекр - доктор наук, историк. Квартира у них была изумительная, дорогая мебель, много посуды и книг. Самый центр. Новая родня прекрасно говорила по-русски. Родни было много: у свекрови - три сестры, с мужьями и детьми, и у свекра - брат и сестра. Это не считая двоюродных. На свадьбе Кира со всеми и познакомилась, но не запомнила, конечно. Подарки были великолепные: золотые украшения, посуда, даже шубу Кире подарили, легкую, непонятно из какого меха, может, даже норка.
В Ереване Кире нравилось: много солнца. А фрукты! Свекровь вела дом, а когда Кира пыталась помочь, ласково говорила: девочка, я лучше сделаю, ты не умеешь! Отдыхай! И Кира отдыхала, потому что на работу она пока не устроилась.
Когда Кира забеременела, вся родня была счастлива. Будет мальчик, - гордо сказала свекровь, она все-таки была врачом, правда не гинекологом. Кира гуляла с тетушкой Размика, или с женой его двоюродного брата. Или с подругой свекрови. Или с самой свекровью: девочка, пойми, ты не должна ходить одна, так у нас не принято, это тебе не Москва, что люди скажут… Кира потихоньку растила живот, ждала мальчика и радовалась. Размик был нежен, предупредителен, полон любви. Он писал диссертацию.
Родилась дочка, Танечка. Абсолютная копия свекрови. Счастливой будет, - говорили родственники. Свекровь сказала, что имя внучке, так на нее похожей, надо бы дать армянское… Но Размик утешил: следующую дочку назовем в твою честь, мама. Сразу же взяли няню: ты должна думать о муже, девочка! - говорила свекровь.
Кира заскучала… Ей захотелось в Москву. В серую и слякотную. Хотелось гулять одной, а не с дуэньей. Просто пойти в магазин - самой. Встречаться с подругами. Но Размик, такой нежный, ласковый, уступчивый, даже когда Рину раздражала властность свекрови говоривший: потерпи, дорогая, она привыкнет, все будет по-другому, Размик уперся: какая Москва? Ребенку лучше расти в тепле и на натуральных продуктах. Да и карьеру проще делать в Ереване - армянину-то. И Кира согласилась…
А потом убежала во время прогулки с Танечкой на вокзал. И упросила проводницу взять ее так. Ну за часы, конечно, которые подарили на свадьбу - золотые, между прочим. Денег у Киры не было, ведь одна она никуда не ходила, а все покупки совершали старшие родственницы или муж. Зачем ей деньги-то?
Родители возвращению дочери с внучкой не обрадовались, вернее, отец прижал к себе и шепнул: ничего, дочка, проживем, а мать сказала что-то про несносный Кирин характер и стала освобождать кладовку.
Размик прилетел вечером. Он даже не понял, почему жена уехала: милая, все же было хорошо… Пожили неделю и вернулись вместе в Ереван. Но через год Кира опять уехала, деньги на обратную дорогу у нее уже были припрятаны. Размик звонил, слал телеграммы, но Кира сказала: нет. Приехать Размик не мог - защита диссертации, горячее время.
Так и жили. Он звонил, писал. Она отвечала, посылала фотографии Танечки. Без Размика было плохо… Но жить в солнечном Ереване в прекрасной трехкомнатной квартире в центре - тоже. Тоже плохо.
Дура!, - говорила ей мать, - какая же ты дура! Все было, все! Жила как у Христа за пазухой! Трехкомнатная квартира!! Два балкона!! Два!! Свекровь ей, видишь ли, не нравится! А кому и когда свекровь-то нравится, скажи? Думаешь, моя лучше была?? Кира молчала.
Потом родители угорели на новой даче. Это даже не дача была, а так, сараюшка, но с печкой. Натопили и спать легли. Кира стала жить в своей двухкомнатной, которая на самом деле была трехкомнатной, только без окна. Но 6 метров все-таки. Приехал Размик, плакал. Сказал, что не может жить так. Кира тоже плакала - о родителях. Потом Размик уехал, а Кира поняла, что ждет ребенка.
Родилась Леночка - светленькая, в мать. Размик прилетел с подарками. Встречал в роддоме. Теперь уж ты должна вернуться!, - уговаривал. Кира поехала. Через два года опять сбежала, уже с двумя.
Когда умерла свекровь, Размик, доктор наук, приехал в Москву. Отца его не было в живых. В доме поселилась незамужняя сестра свекрови, Ануш.
Поедем, - сказал, - теперь ты будешь старшей женщиной в доме.
Давай разведемся, - сказала Кира.
Так и прожили врозь. Кира замуж не вышла. Размик не женился. Летом девочки обычно гостили у отца. Старшая, Танечка, копия свекрови, армянский не выучила. Зато младшая, Лена, вылитая Кира, болтала по-армянски, а по-русски говорила с армянским акцентом, ужасно раздражая этим мать.
Таня живет в бывшей маминой квартире, все-таки квартира-то хорошая, с кладовкой.
А Лена - в бывшей папиной, в Ереване - самый центр, три комнаты. Два балкона. Лену теперь зовут Лиануш, как бабушку.
