пятница, 15 сентября 2017 г.

Гадюкино. Невероятное

www.neizvestniy-geniy.ru


Понадобилось мне сходить в одно государственное учреждение. Я вообще люблю это дело (по крайней мере, так считают все мои сородичи). Собираю котомку: хлебушка, водички, ну там огурчик, если есть, беру палку - и в путь. Путь долог всегда: даже если надо в соседний дом. Там ведь, в государственном учреждении, все для нашего удобства: плитка, светильники, табло, туалеты, женщины за окошками с прическами и маникюром… Красота. Лепота даже. Сиди часами, и хорошо. А сегодня пришлось всем семейством отправиться, дело важное. Однажды мы уже устраивали туда экскурсию, но не все бумажки оказались в котомке. Приходим сегодня. Все справки, все документы с собой. Копия? А как же! Две? Да пожалуйста! В общем, во всеоружии. Я родственников-то пинками в сторону отогнала: нет у них сурьезности, понимания момента. Им бы только хихоньки да хахоньки, Собянина обсуждать. Это как такое в голову прийти может, если у каждой тетеньки на груди значок: «Мы - команда мэра!»? И что? Критиковать начальство?? Ни боже мой. Гляжу преданно в глаза, уши прижала и знай хвостом виляю! Имя, говорю, у вас чудесное - Ярослава. Это я подлизываюсь, значит. Тетка пыхтит недовольно, это и понятно: она уж и про красоту свою неземную от просителей сто раз слышала, и про ум невероятный… Брови насупила, бумажки мои перебирает, ошибки ищет. А ошибки-то, миленькие, всегда найдутся, тут главное - глаз наметанный иметь: «Почему тут точка? А здесь - точки нет? И что вы себе думаете?!». А я себе давно уже ничего не думаю: белая косынка узлом под подбородком, губы - сковородником, в глазах - слеза, в руках - посох. - «А сколько лет ваш муж в Москве проживает?», - спрашивает строго. Муж поднимает бровь: «А какое это вообще имеет отношение к делу??…» Эх. Неопытный. Как можно? - «С 1981 года, с 15 февраля!», - отвечаю и толкаю его в бок. Вижу изумление в глазах мужа, но главное, чтобы молчал. Тетка шкрябает пером по бумаге. Вписывает, значит. Уф. Отлегло. Делаю мужу козью морду и отгоняю от нашей барыни-матушки, чтобы чего лишнего не брякнул. Знаю я его: «Позовите менеджера, кто у тут вас отвечает за работу с посетителями?» Туши свет. Менеджер в отпуске, а тот, кто за посетителей в ответе, только что вышел - вот шляпа его… И ваше дело откладывается до декабря. Ладно. Тетка продолжает фыркать - что еще не так? - «А вот дочь…», - начинает она. Что дочь?? И какая именно? У меня их две: младшая в наличии, старшая - бумагу гербовую представила, что всецело, целиком и полностью. - «Что-то фамилия у нее другая…», - скрипит Ярослава. - «Было дело», - отвечаю, - «замужем побывала, из замужа вернулась, фамилию бывшего оставила - ненаказуемо вроде?» - «А документики?», - глаза мучительницы загораются. - А вот!», - внутренне злорадствую, внешне - хоть к ране прикладывай. Тетка грустит минуту. Потом вскидывается: «А где справка, что она - это она?» У меня перед глазами все почему-то плывет. Это про кого Ярослава спрашивает? Про нашу Настю? - «Да, да! Вот в ЗАГСе надо справочку ей еще получить!» О чем? - «О том, что это именно она замуж выходила! А то мало ли?», - улыбается нежно Ярослава, - «И что потом именно она развелась и фамилию мужа оставила!» Я перехватываю посох и замахиваюсь котомкой. Бутылка летит в Ярославу вместе с огурцом. Я бью ее палкой по голове и приговариваю: «Вот тебе, вот тебе!!»
… «Впрочем, попробуем отправить ваши документы и без этой справки!», - вдруг говорит Ярослава, вздрогнув. Видимо, визуализация была очень четкой.

понедельник, 11 сентября 2017 г.

Будапешт. Купальни


В купальнях Сечени температура воды около 37 градусов, это много, как в хорошо теплой ванне. Народ долго не выдерживает, выскакивает, бежит к прохладному бассейну или просто пьет холодную воду из бутылочек. А вот местные старики играют прямо в воде в шахматы. Партии длятся долго, игроки обдумывают каждый ход. Им - хоть бы хны! Вот что лечебная вода-то делает!

Будапешт. Сыновья любовь


В Скопье русской речи не было слышно вообще, а вот в Будапеште, чуть ли не сразу: «Ну ты и …удак!», и стало спокойно - свои поблизости. Отправилась сегодня в купальни Сечени, сколько раз была в Венгрии, а ни разу не получалось. В очень теплой воде - куча народа, много соотечественников, которые уверены, что русский - что-то вроде суахили, никому не понять. Вижу интересную пару: она - 80+, грузная, с синими от выступивших вен руками и ногами, на ней раздельный купальник веселой поднебесной расцветки, он - явно за 40, может, 50-ти лет, лысоват, но бодр: постоянно втягивает живот. Пока они молчали, просто разглядывала, но как заговорили, навострила ухо. - «Ну, мама, что опять не так?», - вопрошает, как уже ясно, сынок. - «Ты сказал, что у меня будет отдельная кабинка!», - негодует маманя. - «Но тебе никто не обещал отдельной купальни! Отдельная кабинка для твоих вещей, ты не поняла, что ли?» Старуха молчит с недовольным видом. Она погрузилась в бассейн по грудь, на поверхности - голова в широкополой шляпе и большие темные очки. Сын пристроился рядом. Дама разглядывает таких же мокнущих в воде, как она: плавать тут невозможно. Публика сам разная, много парочек, которые целуются, резвясь в воде. - «Безобразие!», - восклицает старуха, - «Ты посмотри, посмотри! Да она же, вот эта, крашеная, немолода, ей не меньше сорока, а прямо мужика-то как обхватила! Глаза бы не глядели!» - «Мама, ну здесь же публичная купальня!», - вяло отвечает сын, - «Что хотят, то и делают!» - «А по-моему, публичный дом!», - повышает голос мать. Сын не выдерживает и сообщает, что пойдет в бассейн: «Ты тут посиди в теплой водичке, для твоих суставов самое то!» Мужик удаляется, а я вижу надпись на венгерском, английском и немецком: «Не рекомендуется находиться в воде более 20 минут». Минут через 10 сын возвращается. - «Где тебя черти носят?! Мне скучно! Даже поговорить не с кем!», - вопит старуха. Сын молчит. - «Что ты молчишь?? Что ты всегда молчишь?», - визжит мамочка. Сын наконец отвечает: «Ты посиди еще в водичке-то. Это очень твоим коленям поможет!» и уходит. Старуха продолжает мокнуть.
Когда я вышла из купальне, навстречу мне, завывая, ехала «скорая».

пятница, 8 сентября 2017 г.

Охрид. Записки мизантропов


Когда вечером два дня назад мы добрались до отеля, на пороге нас встретил милый старичок, который почему-то радостно спросил: «Sprechen Sie Deutsch?» Мы все-таки в Македонии… Но - да, говорим. Дальше общались на болгарско-немецком суржике и все было прекрасно: в гостинице, похоже, мы оказались единственными гостями. Тишина на озере, тишина в номере, утром будили птицы… Хотела еще написать: «и запах свежесваренного кофе», но нет - чего не было, того не было. Завтрак нам подавал мальчик лет 18. Он упорно говорил по-английски, совершенно не слушая, что мы ему отвечали. Было впечатление, что он просто выучил несколько топиков («есть завтрак по-македонски, есть по-балкански, мы подаем и просто яичницу - можно глазунью, можно - болтунью, по вашему желанию приготовим омлет…» и все в таком духе) и не позволял себя сбить. Мы выслушивали его декламацию и тихо просили яичницу с беконом. В общем - полное счастье. Ведь потом шли на озеро, где в эту пору встречается один человек на километр. И тут… наступило сегодня, 8-е сентября. Мы же не знали, что это - день независимости от Югославии! И вся Македония гуляет. При этом пол-Македонии приезжает на Охрид. Но этого мало. Оказывается, городок Охрид наводнен… голландцами! Потому как долететь из огромного аэропорта Амстердама до маленького в Охриде - стоит сущие копейки! Рано утром мы проснулись от смешанных македонски-голландских выкриков. Спустившись на завтрак, увидели кучу голландцев, поедающих все, что предложил им наш македонский мальчик по списку. Радостный старичок громко говорил с гостями по-немецки, считая, что это голландский…
Куда податься бедным мизантропам?

четверг, 7 сентября 2017 г.

Охрид. Картинки

Охрид в сентябре - рай для мизантропов...




Озеро Охрид. Закат


Приехали вечером на озеро Охрид - самое глубокое на Балканах. Это такое местное море - другого-то нет... Красиво очень. Ухватила закат...



среда, 6 сентября 2017 г.

Скопье. Трудности перевода


Зашли выпить кофе. Прошу два эспрессо и "една домашна торта". Через минуту официант возвращается со словами: "Домашна торта няма, има ... ладно". Я замираю. Ну нет торта, переживем, но что это он мне сообщает - "ладно"?! Это я ему могу сказать - ладно! Давайте мороженое... Поднимаю бровь, а официант мне - "топло ладно"? Понимаю, что что-то не понимаю я со своим болгарским. И точно - "топло ладно" - это горячий шоколадный десерт с мороженым!